Воздвиженский Чеченец — кунак Иполитова, которого я принял слишком хорошо, Азоновна, перед которой я конфузился, Чекатовский, которого я стыдился, Васька, которому я обещал абаз, и наконец Барашкин, которого я имел слабость принять и который кончил тем, что обокрал меня.

Это, положим, пятьдесят рублей на два года, стало быть, в год двадцать пять рублей на одежду, потом на еду, каждый день по два абаза... так-с?