Письмо В. Г. Черткову от 12 октября 1896 г.
372373
* 423.1896 г. Октября 12. Я. П.
Давно не писал вам, дорогой друг, и нынче, собравшись писать письма, начинаю с вас. Это не значить, что я напишу вам что нибудь хорошее, а только то, что хочется писать вам, общаться с вами, думать о вас.
Предисловие ваше хорошо;1Предисловие Черткова к его статье «Похищение детей Хилковых», впервые напечатанной в сборнике «Свободное слово», изд. В. Черткова, Purleigh 1898. В отдельном издании книжки «Похищение детей Хилковых», изд. «Свободное слово», Christchurch 1901 «предисловие» напечатано на стр. 6—10. Слово «условия» встречается в предисловии Черткова в следующем контексте: «преступление это было так ловко подготовлено и обставлено такими исключительными условиями, что родители не имели ни малейшей возможности воспрепятствовать его совершению, ни выручить своих детей, вот уже пять лет похищенных». мне понравилось. Там одно слово « условия» я хотел переменить, да не съумел как.
373374
Посылаю вам его назад. Пишите, пишите скорее. Я сам во всем медлю, а других все подгоняю.
На днях я получил анонимное письмо,2Сведений об этом анонимном письме найти не удалось. адресованное
Не знаю, чтò вам послала Таня (сейчас спрошу),3Т. Л. Толстая послала Черткову черновик рукописи Толстого «Кто прав», переписанные и сверенные письма Толстого к разным лицам, копию с полученного Толстым анонимного письма об отношении к правительству,
евангелие на английском языке, экземпляры евангелия на русском языке с текстами, подчеркнутыми по указанию Толстого, предназначавшиеся для раздачи. но я хотел бы послать Шмиту письмо к Калмыковой. Он в последнем письме просит меня написать несколько слов о несовместимости христианства с государственной службой. Мне кажется, что в письме к
Как вы думаете? Годится это послать Шмиту? Если вы одобряете, то пошлите.
Я теперь жалею, что статью о
Моя работа все продолжает меня удовлетворять не в том смысле, что хорошо, но что работается. Я кончил в том виде, в
Мы теперь одни.
А вы продолжайте СВОЮ работу переложение. Это было бы хорошо, но у вас и так слишком много начатой и неконченной работы.
Всех вас очень люблю. Прощайте пока. Пишите мне побольше и получше.
12 Окт.
Публикуется впервые. На подлиннике надпись рукой Черткова, черными чернилами: «418».
374375
Ответ на письмо от 30 сентября, в котором Чертков писал о своей работе над общедоступным переложением книги «Христианское учение» и над составлением предисловия к книге о похищении детей Хилковых: «Что касается до упрощения формы того, чтò написано вами, то действительно это очень важно. И мне так хотелось бы (по крайней мере, мне кажется, что это желательно), чтобы ту работу переложения, которую я начал с первыми главами, и вы одобрили, — исполнили бы сами вы, держа перед собою в вашем представлении понятливого, но простого читателя из народа, незнакомого с нашим “интеллигентным” способом выражения. И вы, и я мы давно признали и часто друг другу высказывали, что истина проста и доступна каждому. Важно, чтобы таковой была и та, которую вы передаете человечеству в этом вашем писании. Если вы сами исполните это необходимое переложение, т. е. всё напишете заново своею рукой для этой цели, то работа ваша не пропадет даром, и вы сделаете то, чтò никто другой не может и никогда не сможет сделать, так как местами приходится не только изменять слог, но и некоторые оттенки мысли, не укладывающиеся в действительно общедоступное изложение и которые поэтому только выиграют в истинности и точности от такого изменения, но к которым никто, кроме вас самих, не может прикоснуться. И я уверен, что при таком пересмотре всего, написанного вами, вы вложили бы в писание новое и усилили то, чтò в нем уже есть... Последние два дня я даже взялся за ту стоящую передо мной на очереди душевную работу, которую мне столько времени приходилось откладывать из-за душевного оскудения, а именно за книгу о похищении детей Хилковых. Для того чтобы втянуться в нее и настроить себя, я написал маленькое прилагаемое предисловие. Я так привык проверять себя при вашем посредстве, так мне полезно всякое ваше замечание, всякая поправка и всякая помарка не только для настоящего писания, но как указание, как урок для будущего, — что и на этот раз я решаюсь попросить вас прочесть прилагаемые листки с карандашом в руке (при каждой странице имеется загнутое поле на всякий случай), и затем вернуть их мне с вашим отзывом. Если нехорошо это предисловие, то я могу его уничтожить; но выражает оно то самое, чтò я испытывал, приступая к окончательной обработке этой книги»...