Таи́ров Алексей Александрович

Таи́ров Алексей Александрович (1858 — после 1917) - земский врач Тверской губ., посетитель Ясной Поляны и собеседник Толстого. После окончания в 1883 г. медицинского факультета Харьковского университета работал земским врачом в Весьегонском уезде Тверской губ. Вскоре, разочаровавшись в казённой службе, поселился в селе Сукове Телятинской волости, где занялся частной практикой. Спустя некоторое время, он стал популярным среди местных крестьян, которых лечил почти бесплатно, получая за свои труды очень скромное вознаграждение.

Деятельность вольнопрактикующего врача Таирова вызывала недовольство не только его коллег, но и полиции: за ним был установлен негласный надзор «ввиду имеющихся в департаменте полиции сведений о сомнительной политической благонадёжности Таирова» (ГАТв.О. Ф. Р56, оп. 1, д. 11199, л. 16 об.).

Полемика о весьегонском «вольном сельском враче», выступившем с докладом на IX губ. съезде Тверского земства, появилась сначала в медицинских журналах, а затем перекинулась на страницы многочисленных газет. О милосердной деятельности земского врача Таирова читал и слышал Толстой. Именно он способствовал опубликованию его доклада в журнале «Русское богатство». В апреле 1887 г. редактор этого журнала Л. Е. Оболенский писал Толстому из Петербурга, что получил доклад врача Таирова и воспользуется им в апрельском номере журнала (Корреспонденты Льва Толстого. М., 1940. С. 99). Фамилию Таирова Толстой не раз упоминал в переписке с друзьями (65: 273, 279; 86: 205-206).

Единственная встреча Таирова с Толстым произошла в Ясной Поляне 15-16 октября 1905 г., в дни всероссийской политической забастовки. Об этой поездке Таиров позже рассказал в письме к А. П. Рандункиной, которое было перлюстрировано харьковской охранкой. «…Я застрял на 12 дней в Туле, - писал он, - чему был рад. Тут сразу попал на многолюдные митинги рабочих. Съездил в Ясную Поляну к Льву Николаевичу Толстому, о чём пришлось очень раскаяться. Встретил он меня радушно, сначала оставил обедать, а потом и ночевать. Вечер за полночь проговорили. Он очень порицал освободительное движение, высказывался ретроградом, о чём, конечно, я был огорчён, а он остался недоволен моим сочувствием движению. По возвращении в Тулу на расспросы о нём пришлось отмалчиваться, настояли, чтобы бывший с нами Беренштам Вл. В. съездил к Толстому. Тот вывез те же впечатления. Очень тяжело было видеть такого человека, как Лев Ник., пережившим свою славу…» (ЦГИА Украины. Ф. 705, оп. 1, д. 284, л. 16 об.).

О посещении Таировым Ясной Поляны и его беседах с Толстым вспоминал в своих мемуарах и петербургский присяжный поверенный Владимир Беренштам. Описывая события октябрьской забастовки 1905 г., в частности вынужденную остановку в Туле, он писал: «Ежедневно утром доктор Таиров. - В. Ч., всегда одетый в блузу, картузик и высокие сапоги, уходил гулять по рельсам. Иногда он исчезал на целый день… Тогда он являлся источником всех новостей нашего поезда… Однажды …доктор вернулся сияющий, просветлённый, помолодевший. - Знаете, кого я видел?! - говорил он, волнуясь… - Великого учителя земли русской!.. Я видел Толстого!.. Ведь его имение тут недалеко. Я пришёл к нему пешком… Глядите, какие сапоги! Чёрт возьми мой отпуск!..

У меня выпал чудный, счастливый, самый счастливый день. Я видел Толстого!.. Видел его!.. Гулял, беседовал с ним!.. Идите к нему, я рассказывал… Он примет вас…» (Беренштам В. В. Из пережитого. Пг., 1915. С. 129-130). Побывавший в Ясной Поляне Беренштам в беседе с Толстым тоже убедился, что писатель осуждал происходящие в России революционные события. «Наша речь перешла на текущие события, - писал он. - И вдруг я услышал негодующий голос: - “Забастовка! Да как они могли затеять её! Как могли железнодорожники нарушить своё обещание перед пассажирами… Взялся везти, так и вези! Может, кто-нибудь ехал к тяжко больному, умирающему отцу, спешил на операцию к доктору или просто хотел повидаться с родными после долгой разлуки… Как смели они обмануть эти ожидания!.. Ведь это - протест за чужой счёт”». Когда Беренштам попытался возразить, Толстой воскликнул: «“Не такими способами обновлять жизнь … я пишу уже столько лет, указывая простой и ясный путь! - … Любовь! А революционеры возбуждают недовольство народа, ненависть к богатым, желание насилием отнять чужое. Убивают! Они изобретают новые способы убийства: это они изобрели гнусные бомбы!..” В этой простоте величия, в этом юношески горячем протесте против всяких и всех убийств я услышал глубокую любовь к человечеству, к людям всего мира и настоящим и будущим… Любовь к жизни!..» (там же. С. 133-135).

Толстой отрицательно относился к начавшейся революции, которая приобрела характер вооружённой борьбы. В ряде статей, опубликованных в этот период, он проповедовал отказ от революционной деятельности, утверждая, что существующий в России гос. строй можно изменить только путём морального совершенствования.