Салис де Турнеми́р Елизавета Васильевна

Салис де Турнеми́р Елизавета Васильевна (рожд. Сухово-Кобылина; лит. псевд.: Евгения Тур; 1815-1892) — русская писательница.

В июне 1863 г. жившая во Франции Е. Тур за одну ночь внимательно прочла, а на следующий день перечитала повесть Толстого «Казаки» и незамедлительно откликнулась на неё статьёй, которая затем была опубликована в журнале «Отечественные записки» (1863. № 6. Отд. III. С. 242-279). Е. Тур уже знала Толстого как автора повестей, а также педагогических статей в издаваемом им журнале «Ясная Поляна». Толстовскую повесть «Казаки» она оценила как «оригинальное и смелое» произведение и отдала должное его высокохудожественным достоинствам: «В этой повести бездна поэзии, художественности, образности. Повесть не читаешь, не воображаешь, что в ней написано, а просто видишь; это - целая картина, нарисованная рукою мастера, колорит которого поразительно ярок и вместе с тем верен природе; в нём с ослепительной яркостию соединена правда красок… Это - сама жизнь с её неуловимой прелестию». Е. Тур указала на «великолепные» сцены выкупа тела убитого черкеса, уборки винограда, а также на многочисленные картины природы, отличающиеся особой поэтичностью.

Однако основными в раздумьях Е. Тур над повестью стали вопросы, что хотел сказать своим произведением гр. Толстой и что он опоэтизировал в качестве идеала. Е. Тур подчёркивала, что автор повести критикует цивилизацию. Но поддержать его в этом она решительно отказывалась. По её мнению, эпиграфом к толстовской повести могло бы стать заявление Фамусова из грибоедовской комедии «Горе от ума»: «Ученье - вот чума; учёность - вот причина». Е. Тур не согласна принять Оленина «за образец и продукт цивилизации, за её единственный продукт, как будто настоящая цивилизация даёт такие гнилые продукты». Автор, писала она, «силится доказать, что дикие велики и счастливы, образованные - низки, мелки и несчастливы». Ставя подобное представление под сомнение, Е. Тур критически характеризовала и Оленина, и Лукашку с Брошкой. Вместе с тем, с её точки зрения, каким бы ни был Оленин, он в силу своего «полуобразования» во многих случаях стоит выше окружающих.

Е. Тур чутко уловила гомеровские основания повести «Казаки», указав при этом на отличие современного произведения от античного: мы «готовы», утверждала она, признать толстовскую повесть «новой Илиадой, понимая под Илиадой эпическую поэму, сюжетом которой дикая сила, кровь, кровь и ещё кровь». Её настораживало, что автор повести «рьяно и храбро … принялся поэтизировать пьянство, разбой, воровство и жажду крови». В руссоистское представление об «идеальной жизни посреди природы» он, по мнению Е. Тур, ввёл «два новых элемента: пьянство и резню». Таким образом, полагала писательница, Толстой поддержал, желая того или нет, распространяющееся в последние годы в русском обществе представление о широте натуры русского человека, способной одновременно удерживать и высокое, и низкое. Однако Е. Тур была уверена, что сам факт распространения и принятия этого представления современниками есть не более чем стремление увязать желаемое с унаследованным российской жизнью от её недавнего прошлого - крепостничества.

Толстой тоже был знаком с творчеством Е. Тур. Её роман «Племянница» (1850-1851) он прочёл во время пребывания на Кавказе. В дневнике 18 октября 1852 г. заметил: «Читал Племянницу. Очень хорошо» (46: 145). В дальнейшем Толстой обращался и к др. произведениям писательницы. Слышалось созвучие в названии романа Е. Тур «Три поры жизни» (1853-1854) и в одной из ранних редакций «Войны и мира»: «Три поры». В дневниковой записи 6/18 марта 1884 г. помечено: «Вечер читал Сальяс о Кудрявцеве - прекрасно» (49: 64). Толстой имел в виду воспоминания Е. В. Салиас «Профессор П. Н. Кудрявцев» (Полярная звезда. 1881. №3).

В 1866 г. Е. Тур опубликовала под названием «Катакомбы. Повесть первых времён христианства» свой вольный пересказ английского романа «Fabiola or the church of catacombs» (1854) Николаса Патрика Уайзмена (N. P. Wiseman), архиепископа Вестминстерского и кардинала. Эта переделка затем, на протяжении нескольких десятилетий, активно переиздавалась. По просьбе В. Г. Черткова Толстой познакомился в начале мая 1885 г. с переложением «Катакомб», сделанным для народного чтения М. Павловской. 9 мая 1885 г. писатель поделился с Чертковым мнением по поводу только что прочитанной им повести: «Это превосходная вещь по содержанию» (85: 188). В письме к С. А. Толстой из Ясной Поляны 18 августа того же года Толстой отметил: «Вечером читали вслух Катакомбы» (83: 507). Критически отозвавшись о языке изложения, работу М. Павловской писатель оценил весьма доброжелательно, однако она не понравилась редакции «Посредника», и переделка «Катакомб» была поручена Е. П. Свешниковой. Повесть, получившая в её переложении название «Фабиола, или Древние христиане», затем была издана и несколько раз переиздана «Посредником».