Дурново́ Иван Николаевич

Дурново́ Иван Николаевич (1834-1903) — министр внутренних дел (1889-1895), позже председатель Комитета министров (1895-1903). Крупный землевладелец (ему принадлежало 3,8 тыс. га земли в Черниговской губ.).

Окончил Михайловское артиллерийское училище (1852), участвовал в Крымской войне 1853-1856 гг., после чего вышел в отставку и вернулся в Черниговскую губ., где включился в местную общественную жизнь и стал сначала уездным, а затем губ. предводителем дворянства. Женат на Л. А. Куровской, сестре нижегородского и саратовского вице-губернатора.

В 1863 г. Дурново был назначен губернатором Черниговской губ., в 1870 г. переведён в качестве губернатора в Екатеринослав. В 1882 г. новый император Александр III назначил его товарищем министра внутренних дел графа Д. Толстого. В 1886 г. Дурново, пользовавшийся расположением императорской семьи, возглавил и 4-е отделение собственной императорской канцелярии, через которое осуществлялась благотворительная деятельность. На этом посту он грамотно использовал имеющиеся средства и открыл более 500 новых учреждений. В 1889 г. Дурново назначен министром внутренних дел. Многие важные законодательные акты были изданы во времена его управления. Законодательные инициативы Дурново полностью соответствовали взглядам императора и были направлены на консервацию крестьянской общины, усиление патерналистских начал на низовом уровне гос. управления. Особое внимание он уделял контролю над школами, народными библиотеками и читальнями. В своей деятельности избегал крайностей, неоднократно ходатайствовал перед Александром III о смягчении наказания политическим преступникам; во время голода, охватившего значительную часть страны в 1891-1892 гг., участвовал в организации помощи голодающим.

Награждён российскими орденами и большим крестом французского ордена Почётного легиона (1893). Сергей Витте писал о личных и служебных качествах Дурново: «Вследствие своего добродушного характера, умения ладить с лицами, быть весьма приятным и своей довольно импозантной фигуры, - благодаря всем этим, более или менее, качествам, но качествам всё-таки не положительным для государственного человека, а скорее отрицательным, - он был приятным предводителем дворянства и приятным губернатором, и приятным товарищем министра внутренних дел; но человек он был не культурный, не умный, скорее ограниченный; человек хлебосольный, милый и очень хитрый; у него была именно хохлацкая, малороссийская хитрость» (Витте С. Ю. Воспоминания: В 3 т. М., 1960. T. 1. С. 302-303). Мнение о Дурново высказал А. Ф. Кони: «…представительный выездной лакей, попавший в силу злосчастной судьбы в министры внутренних дел и участвовавший вместе со всей бюрократией в умышленном держании народа в глубоком невежестве» (Представление Александру III в Гатчине. Статьи о государственных деятелях // Кони А. Ф. Избранное. М., 1989. С. 98-99).

Несмотря на доверие императорской семьи, в целом в столице Дурново не пользовался авторитетом. Тем не менее новый император Николай II в 1895 г. назначил его председателем Комитета министров Российской империи. Дурново сохранил этот пост до конца жизни.

О Дурново иногда говорили в Ясной Поляне. 25 февраля 1906 г. Д. П. Маковицкий записал: «Заговорили о министре внутренних дел Дурново. Александр III отстранил его от должности директора Департамента полиции за то, что вскрывал письма испанского посланника. Но т. к. он человек дельный и знающий сложные вопросы службы, он стал опять министром. Л. Н.: Дельный и знающий - я это понимаю, что это очень сложный механизм и что нужно знать» (ЯПЗ. 2. С. 61).

Толстой столкнулся с Дурново в 1890 г. в связи с запрещением издания «Крейцеровой сонаты». 15 февраля 1890 г. Т. А. Кузминская писала С. А. Толстой о том, что «Крейцерову сонату» читали министр внутренних дел Дурново, начальник главного управления по делам печати Е. М. Феоктистов. К. П. Победоносцев, государь и государыня. Александр III был доволен повестью, государыня шокирована. Главной же помехой во всём были Победоносцев и Феоктистов. По мнению Кузминской, следовало бы просить о напечатании «Крейцеровой сонаты» в собрании сочинений, иначе её вряд ли пропустят (27: 594). Вскоре С. А. Толстая обратилась к Дурново с просьбой пропустить «Крейцерову сонату» в составе 13 части нового собрания сочинений Л. Н. Толстого. В ответ Феоктистов писал 10 марта: «Г. министр внутренних дел, получив письмо вашего сиятельства, поручил мне известить вас, что при всём желании оказать вам услугу, его высокопревосходительство не в состоянии разрешить к печати повесть “Крейцерова соната”, ибо поводом к её запрещению послужили не одни только, как вы изволите предполагать, встречающиеся в ней неудобные выражения» (27: 595). Однако С. А. Толстая настойчиво продолжала бороться за издание 13 тома с «Крейцеровой сонатой», добилась свидания с Александром III, написала ещё одно письмо министру, и в результате предпринятых ею усилий к 10 мая 1891 г. от министра внутренних лея Дурново было получено разрешение на выпуск в свет 13 части с «Крейцеровой сонатой» и «Послесловием» к ней, о чём была извещена типография, в которой печаталась книга. О разрешении печатать «Крейцерову сонату» Дурново сообщил С. А. Толстой лично письмом от 6 мая 1891 г. (27: 596).

26 апреля 1890 г. Дурново делал доклад Александру III о том, что «считает возможным разрешить постановку на сцене комедии “Плоды просвещения”. Александр III дал разрешение на постановку комедии лишь на любительских спектаклях» (Гусев. Летопись. 1. С. 758).

По свидетельству Маковицкого, 30 апреля 1910 г. в Ясной Поляне «утром был Дурново (38-45 лет, сын министра) с женой. У него гангрена ноги на атеросклеротической почве. Привёз показать своё Евангелие, над которым работал 23 года. Предлагал его издать “Новому времени”. Розанов ему ответил, что, по условиям духовной цензуры, не могут взять. Л. Н. на террасе послушал чтение Дурново из его Евангелия. Очень не понравилось ему это изложение Евангелия и высказал Дурново. Дурново стал спорить и жена поддерживать его. Дурново принимает каждое слово и излагает каждое слово в Евангелии. Л. Н. горячился, взволнованно ушёл в дом и через буфетную - наружу. Дурново сейчас же уехали в Ясенки. Дурново преклоняется перед буквой (перед евангелистами). Каждое слово излагает. Сочинений Л. Н. по Евангелию не знает» (ЯПЗ. 4. С. 240). Однако в данном случае Маковицкий ошибочно называет Ореста Дмитриевича Дурново сыном министра. У И. Н. Дурново было 2 дочери: Елизавета (1867-1889) и Надежда (1869-1897).