Война и мир. Варианты из черновых автографов и копий

Солнце взошло светло и било косыми лучами прямо в лицо Наполеону. Он смотрел из-под руки, но ничего не мог разобрать. Дым стелился перед флешами, и то казалось, что дым двигался, то казалось, что войска двигались. Место это было недалеко от Шевардинского редута, не больше версты. Слышны были иногда из-за выстрелов крики людей, которые что-то там делали, и опять нельзя было знать, что там делалось. Наполеон послал одного из ординарцев узнать о том, что там происходило, и, положив трубу на спину пажа, стал смотреть. В маленький круг трубы он видел1081 людей дым и людей, иногда своих, иногда 193194русских, но где было то, что он видел, он не знал, когда смотрел опять простым глазом. Притом он с утра переменил уже 2-й платок и беспрестанно должен был сморкаться. Шальное ядро с своим зловещим, шипящим убыстряющимся свистом пролетело1082 куда-то сбоку редута и шлепнулось во что-то. Как того и ждал Наполеон, хотя он не выказал ни малейшего внимания к ядру, как он и ждал этого, Бертье, Боссе и Рапп подошли к нему, почтительно напоминая об опасности. Наполеон посмотрел на них1083 заду задумчиво пристально и сошел с кургана, заложив руки назад, стал ходить взад и вперед, изредка вынимая руки из-за толстой спины и нежными пальцами доставая из жилетного кармана пастильку и кладя ее в рот.

Сойдя вниз, он послал еще адъютанта осведомиться о том, что там делается, с тем видом, с которым доктор щупает пульс больного, болезнь которого он не понимает. Изредка он останавливался, взглядывал на дым, прислушивался к выстрелам и опускал голову с тем видом, с которым доктор,1084 прописав дав больному лекарство, ожидает его действия.1085 и всякий Видом своим он показывал, что ничто из того, что может произойти, не может быть для него неожиданно, что он знает всё, что делается во внутренности его пациента.

Он ничего не знал и не мог знать из того, что делалось, и насморк мучал его, и голова его была тяжела, но он не виноват был, что все окружающие смотрели на него, как на всеведущего бога — он не мог обмануть их ожидания.....

Не только с того места внизу, где, вглядываясь, стоял теперь Наполеон, не только с кургана, на котором стояли теперь некоторые генералы, но1086 даже и и с самых флешей, на которых находились теперь вместе и попеременно то русские, то французы, мертвые, раненые и живые, испуганные или обезумевшие солдаты, нельзя было понять того, что делалось на этом месте, главном месте боя, в день 26 августа.

В продолжение нескольких часов на этом месте, среди неумолкаемой стрельбы ружейной и пушечной, то появлялись одни русские, то одни французские, то пехотные, то кавалерийские солдаты — появлялись, падали, стреляли, сталкивались, не зная, что делать друг с другом, кричали и бежали назад. Но так как у французов на этом месте было 26 тысяч человек, а русских 18 тысяч человек, то последние убежали русские.1087 Но Это случилось уже в 11-м часу. В то же время, когда Наполеон сошел под курган и послал 2-го адъютанта, к нему в 9-м часу прискакал 194195первый посланный адъютант с бледным, испуганным лицом и объявил с прискорбием, что атака отбита и что Компан est blessé et mis hors de combat et le Prince d’Ekmull, то есть Даву, tué1088 [ранен и вышел из боя, а принц Экмюльский... убит,] с1089 вздохом и надписаны след. три слова. почтительной покорностью судьбе сказал адъютант. Наполеон, нахмурившись и ни слова не сказав своему адъютанту, продолжал свою молчаливую прогулку, выдерживая вид глубокомысленного совещания с самим собой и олимпийского, всепредвидящего спокойствия.

Между тем известия, сообщаемые испуганным адъютантом, были совершенно несправедливы. Адъютант, въехав в область, захватываемую выстрелами русских, услыхав зловещий свист и удары1090 увидав раненых и стоны раненых и увидав кровь и ужас на лицах солдат, не доехал до Даву, а обратился к первому бегущему офицеру, который сказал ему, что Даву убит и что атака отбита и что огонь русских ужасен.

— Убит?

— Je l’аi vu porté mort de mes propres yeux,1091 [Я видел собственными глазами, как его несли мертвым,] — сказал офицер.1092 С этим известием он ду думал Это известие было так же несправедливо, как известие о том, что атака1093 была французов отбита, было несправедливо, потому что сейчас после отъезда адъютанта французские новые солдаты опять вбежали на флеши, так было и несправедливо, что Даву убит. Он сидел на лошади и отдавал приказания1094 для дви движения своему адъютанту.

Пройдясь несколько раз, Наполеон остановился и кивнул1095 головой к себе Раппа. Он решил вопрос. Мюрат займет место Даву, Рапп место Компана.1096 Наполеон подошел к приготовленному складному стулу и сел, задумавшись, на него. Вместо зач. вписан дальнейший текст до конца абзаца. Отдав эти приказания, он продолжал свою прогулку. Генералы свиты, поглядывая на поле сражения и шопотом указывая друг другу на движение войск, мелькавших в дыму, рассуждали о ходе1097 дела. сражения.

На том месте, где были флеши, шла та же трескотня ружей и гул пушек, только казалось,1098 неприятель французы подвинулись вперед. Действительно, Мюрат и Даву распоряжались там, приказывая стрелять, а иногда верховым скакать против русских. Русские отодвинулись от флеш к Семеновской деревне и от Бородина к Горкам и оттуда стреляли в французов и изредка верхами скакали на них. Французы здесь справа подвинулись на 195196полверсты вперед и слева в Бородине, но в середине всё оставалось так, как было сначала,1099 только т. е. в овраге, разделявшем курган от французов, сидели французы и русские и стреляли друг в друга из ружей, а через их головы стреляли друг против друга пушки.1100 Только Но с тех пор, как французы подвинулись справа и слева,1101 больше они нацелили свои орудия на середину, на курган и на войска, стоявшие кругом, и убивали много русских солдат.

Все распоряжения о том, когда и куда подвинуть пушки, когда послать пеших солдат стрелять, когда конных топтать русских пеших, — все эти распоряжения делали частные начальники, не спрашивая Наполеона, так как нельзя было знать, что нужно и что не нужно, и часто войска, стоявшие под ядрами, сами двигались вперед и назад, и тогда только ближние начальники говорили, что они это сами велели. Наполеон же ничего не знал и не мог знать из того, что делалось, и потому не мог распоряжаться, но так как он считался полководцем и руководителем сражения, то он там под курганом, то ходя и напевая что-то неясное, то сидя и как будто дремля, то молча, то разговаривая, делал вид, что всё делается по его распоряжению. В этот день это притворство — скорее приличия власти, которое он чувствовал себя неизбежно обязанным соблюдать, особенно тяготили его.1102 Ему было тяжело и скучно. Насморк его тяготил его и надписаны след. пять слов. Он беспрестанно кашлял, перхал, сморкался, голова его была тяжела и полна совсем других мыслей, чуждых войне и сражению. Но он должен был выслушивать донесения, большей частью ложные в ту минуту, когда они доходили до него, и делать распоряжения о том, чтобы сделали именно то, что уже делалось.

В 10 часов Рустан поднес ему приготовленный для него пунш. В ту минуту, как он пил его, ему привезли известие о том, что Рапп, с которым он пил пунш ночью, смертельно ранен. Он принял это известие, как и все другие, молча и спокойно.1103 Он послал адъютанта к пасынку узнать, что у него делается, и с приказа приказанием <неск.>. После пунша он опять вошел на курган и приказал Богарне атаковать редут <Об этом Спрашивая об этом самом, через несколько минут прискакал адъютант от Богарне. Направо, там, где были флеши, дыма было меньше, и Наполеон ничего не мог <разглядеть> видеть, кроме сталкива сталкивающегося войска его; русские же были на той стороне возвышения. Вместо зач. на полях вписан текст следующего абзаца.

Сражение находилось всё в том же положении с шахматной точки зрения. С1104 крайнего (левой исправлено из: левого) фланга левой стороны французы подвинулись до Бородина, но не могли пробиться дальше, с1105 крайнего правой французы 196197заняли флеши, но не могли итти дальше, в середине у Семеновского и у кургана русские стояли на тех же местах.

Гул орудий был тот же. Наполеон1106 сошел под гору и стал Вместо зач. вписаны след. десять слов. после пунша подозвал к себе Бертье и Коленкура и стал ходить с1107 Бертье и надписано ними ними взад и вперед.

— Знаете ли вы, где я испытал самую большую опасность в моей жизни? — неожиданно сказал1108 ему он Наполеон и стал рассказывать подробности о том, как он, бывши в школе, купался и совсем было потонул, ежели бы его не вынесло на мель. Очевидно было, что Наполеон, несмотря на то, что гул орудий и трескотня ружей продолжались и сражение было во всем разгаре, Наполеон, очевидно, находил утешение в этом далеком детском воспоминании, отвлекавшем его от настоящего.