Но, выбирая из двух праздностей — ухищряться разговаривать об умном или жантильном, или шляться по Кремлевским комнатам, без дела, все лучше последнее, особенно, когда нет Александра Михайловича, который, я тебе расскажу почему, стал мне так гадок, что я его видеть не могу равнодушно, и умышленно обошелся с ним так холодно под конец, что он не заедет к нам.