Pierre узнал докторов, одного молодого петербуржского, и заметил священника с длинной бородой, сидевшего в углу на плетеном стуле и державшего что-то завернутое в епитрахили.

Священник, окончив молитву, приложил к холодному лбу крест, потом медленно завернул его в епитрахиль и, постоявше молча минуты две, дотронулся до похолодевшей и бескровной огромной руки.