Л. Н. Толстой. Письмо С. А. Толстой

247248

Опять пишу вечером, милый друг, от мама. С утра поехал к Александре Андревне, у нее просидел до 3.1Можно прочесть: 4. Гр. А. А. Толстая записала в своем дневнике — под 7 марта: «Счастливый день. Приезд Льва Толстого. Когда, не прерывая связи, встречаешься после стольких лет разлуки, кажется, что будто готов задохнуться от количества того, чем желаешь поделиться. Лев симпатичнее, чем когда либо». Под 8—9 марта: «Каждое утро Лев приходит ко мне и главный предмет наших разговоров — религия. После многих лет искания истины, он, наконец, у пристани. Эта пристань, конечно, построена им по своему, но тот, кто его ведет, всё же тот же единый утешитель. У Льва в зачатии теперь новое сочинение, и я уверена, что в нем теперь отразится эта исповедь его веры или вернее — исповедь его новой веры» (не опубликовано). От нее поехал к Бистрому.2Бистром жил в Павловских казармах на Царицыном луге (Марсово поле). Условия прекрасные. 20 т. плачу теперь, остальные на два года по 6.3К этому месту относится помета С. А. Толстой о том, что земля была продана Бистромом Толстому по 10 р. 50 к. за хозяйственную десятину. Он очень сговорчив и мил. Оттуда поехал обедать4Слово обедать написано дважды. к Владимиру. Там поиграл в карты до 8. И оттуда к Прасковье Васильевне и у ней до вечера, и домой.

Вчера нездоровилось, а нынче совсем здоров. Завтра узнаю у нотариуса, как и когда можно сделать купчую, и напишу.

Получил твою телеграмму58 марта С. А. Толстая писала: «Вчера вечером дошла до такого напряженного беспокойства, что послала телеграмму с запросом о твоем здоровье и о том, как доехал. До утра я ждала ответа терпеливо и ночь провела хорошо; но теперь скоро три часа, и я ничего не получала, и потеряла всякую способность что-либо делать, а с тоской смотрю беспрестанно в окно, не идет ли кто с телеграммой. Но с телеграммой никого нет, и писем из Петербурга тоже еще не было» (ПCT, стр. 149). ночью и не отвечаю, потому что ты верно получишь мое письмо раньше телеграммы. Получил и письмо.6От 5 марта. Как грустно, что дети себя так дурно вели.7С. А. Толстая писала: «У нас без тебя всегда всё хуже. Дети ведут себя дурно: Сережа и Таня убежали на эту страшную метель в одних платьях. Я их обоих наказала; заперла в твой кабинет Сережу, и в тетенькину комнату Таню; потом они подрались. Илья и Леля бросали бумажные стрелы в Сережу; он рассердился и их побил. Они его; прибежали ко мне в детскую жаловаться. Сережа за обедом говорит про педагогов: «Сидят три чучелы, не могут остановить детей». Конечно, я на это очень рассердилась. После обеда Сережа сконфуженно взял меня за руку и говорит: «Не сердитесь, мамà». Я говорю им всем: «Давайте, дети, после обеда будем все дружелюбны, а то что это зa воскресенье?» (письмо от 5 марта, ПСТ, стр. 149). Если не получишь телеграммы, не сердись, душенька. —

Все Толстые тебя искренно полюбили и хвалят, а я радуюсь. Не пробуду ни часа лишнего без нужды. Скучно и тревожно здесь, хотя я очень спокоен и степенен.

Целую тебя и детей. Андрюше не вели беспокоиться.

Л.

На конверте: Въ Тулу. Ея Сіятельству Графинѣ Софьѣ Андревнѣ Толстой.

Печатается по автографу, хранящемуся в АТБ. Впервые опубликовано по копии, сделанной С. А. Толстой, в ПЖ, стр. 114. Датируется на основании: 1) почтового штемпеля: «С. Петербург. 8 марта 1878», 2) слов первого абзаца: «Опять пишу вечером», и второго: «Получил твою телеграмму ночью», показывающих, что письмо писано в два присеста: вечером седьмого и утром восьмого марта 1878 г.