Д. П. Маковицкий. Яснополянские записки

В 10 часов утра пришли из Козловки дети рабочих из зареченских школ в Туле, с учителями — 850. Ожидали 350. Не было заготовлено ни воды для стольких, ни самоваров. Пили воду дождевую из кадушки. Вели себя очень воспитанно: не было ни споров, ни плача, ни жалоб, ни драк, ни зависти.

С мальчиками Л. Н. ходил на Воронку купаться и играл с ними, гимнастику делал, боролся. Потом пошли девочки с Софьей Андреевной и Александрой Львовной купаться, их захватил дождь. Пели, особенно девочки, хорошо. Бывшие с ними учителя весь день не ели и чаю не пили. Звали их — отклонили. «Не можем, когда и дети есть, которые с утра ничего во рту не имели». Л. Н. приготовил книжечек 200 для раздачи. Сами учителя просили не давать, всем не хватит, чтобы не возбуждать зависти. Некоторые мальчики все-таки просили. Л. Н. сказал им, что 462463нельзя: если одному дать, то все пожелают. Был с ними один милый ученик фельдшерской школы Е. К. Ремезов*См. описание этого дня у П. А. Сергеенко1. .

**Пропуск в подлиннике. — Ред. — Я ставлю, — продолжал Л. Н., — из народных писателей Николая Успенского вообще много выше превознесенного другого Успенского — Глеба, у которого нет ни той правды, ни той художественности.

Л. Н. просил не посылать «отказов» в денежной помощи (есть готовые, литографированные Александрой Львовной), т. к. на них отвечают: «Почему даете тем, а не мне», или озлобленные письма, или рассуждения, на которые приходится опять отвечать.

Сегодня М. В. Нестеров был доволен писанием портрета Л. Н. (в профиль). Вчера был не совсем уверен, удастся ли, сегодня же подвинулось писание очень: «Он у меня схвачен», как выразился Нестеров, и показал сжатые кулаки. Михаил Васильевич живет в доме, но его как если бы и не было: тихий, нерассуждающий, не рассказчик, но если его расшевелить, рассуждает очень интересно. Он русский и православный. Рассказывал про голод в Уфимской губернии, откуда только что приехал; что̀ о голоде пишут в газетах — это преувеличенно; сделали его средством политической борьбы. Его сестра кормит голодных и встретила препятствие у местных батюшек-кадетов и учителей-кадетов. Там, где есть голод, его не признают, не подают помощи, чтобы озлоблять народ; там же, где нет голода, есть отряды людей, оплачиваемых по 60—80 р. в месяц, приехавших из Петербурга и продолжающих жить по-петербургскому: карты, курение, бесконечные разговоры и чтение тех же политических брошюр. С народом не сближаются, не стараются познать его. И им не совестно, ничего не делая, принимать плату и воображать себя правыми, 463464т. к., если у них дела нет, в этом виноват государственный строй, — те, которые их туда прислали...

Сегодня огромная почта. Л. Н. жаловался, сколько у него времени забирает чтение писем и ответы на них. Многие же пишут очень неразборчиво и длинно.

• ¹Р. вед., №204, 6 сент.