Д. П. Маковицкий. Яснополянские записки

Вечером в 8 часов Мария Львовна в агонии. За час до смерти узнала Л. Н., притянула его руку к груди, а Николаю Леонидовичу сказала: «Умираю».

За четверть часа до смерти еще произнесла «Коля» и ласкала его рукой. Потом поднялась и, сидя, подпертая подушками, скончалась. Противилась впрыскиванию камфары, кофеина, а к концу и питью вина и 310311мешкам с горячей водой. Умерла в 20 минут первого ночи 28 ноября. Л. Н. подошел к ней, сел и за 10 минут до смерти поцеловал ее руку.

— Умирала спокойно, — сказал Л. Н.

Около нее стояли и сидели все: родители, братья: Сергей, Андрей, сестры, невестка Мария Николаевна, Юлия Ивановна. В другой комнате Наталья Михайловна, Афанасьев и я. Была гробовая тишина. Только ее слабеющее дыхание. Скоро после кончины пришел Николай Леонидович, без слов обнял и поцеловал ее. Доктору Афанасьеву пожал руку, поблагодарил. Все один перед другим старались скрывать свое горе, не плакали. Николай Леонидович жил с Марией Львовной неразлучно. Ему должно быть очень тяжело. Андрей Львович позвал его к нам ночевать. До трех часов сидели и разговаривали.

Л. Н. в 2 часа пополудни пришел ко мне в комнату (наверно, с тем, чтобы утешить). Спросил: «Что делаете?» — Потом сказал:

— Как она спокойно умирала! В такие времена спасение — занятия... Было бы занятие: печку топить, дрова рубить, а тут разговоры, ни к чему не ведущие... Как странно, на меня смерть сама по себе, как что-то натуральное, не производит совершенно никакого впечатления. Равнодушен к смерти. Даже дурной поступок другого человека, не говоря о своем, больше трогает. Если бы я знал, что она совершила дурной поступок... — и Л. Н. сказал приблизительно так, что это было бы ему больнее, чем ее смерть.