Д. П. Маковицкий. Яснополянские записки

Я ездил в Тулу, приехала А. И. Маслова. Л. Н. получил письмо из Америки о том, что какой-то профессор в своей лекции утверждает, что люди после 40 лет приходят в негодность, а после 60 лет — вредны 1 . В полученном же журнале («Россия») прочел, что в Америке предпочитают рабочих, чтобы им было 18—25 лет и были опытны. «Все предложения (объявления в больших газетах) обращены к молодым людям, имеющим большой опыт. Это сопоставление требований нелепо, но нелепости этой никто здесь не замечает. Такова общепринятая формула. 40-летний и даже 35-летний человек с большим трудом найдет здесь занятие. Он уже считается инвалидом, к помощи которого прибегают только в случае крайней необходимости».

Л. Н. : Американцы достигли наивысшей степени материального благосостояния и упали на низшую степень нравственности, религиозного сознания. На днях бывший здесь Scott — он американский писатель — не знал лучших писателей своей страны. Это так же, как русскому писателю не знать Гоголя, Пушкина, Тютчева.

Андрей Львович вернулся из Тулы. Вице-губернатор устроил детей урядника в приют и спрашивает, не будет ли Л. Н. иметь что-либо против того, чтобы читали в пользу тюремной больницы отрывок, который дал Л. Н. Тогда Л. Н. сказал, что ему все равно, т. к. он уже дал этот отрывок.

Л. Н. сказал Андрею Львовичу:

— Я боялся, что ты привезешь опять какие-нибудь ужасные известия из Тулы, как прошлый раз (нападение на поезд в Роговках: брошенная в поезд бомба, 15 конвойных убито, ограблена почта).

Сегодня Л. Н. не был solennel * духовно сосредоточенным (буквально — торжественным) ( франц .). , как обыкновенно, а был простым человеком.

Л. Н. ездил в Ясенки за почтой. Говорил, что там лежит целая кипа «Тульской речи».

— Я ее не привез, — сказал он.

Андрей Львович : Это Лопухин издает, это революционная газета.

Л. Н. спросил, какой Лопухин?

Андрей Львович сказал, кто, и что он совсем не такой крайний, как его газета.

Андрей Львович говорил Л. Н., что Лопухин всегда с большим уважением говорит о нем и велит кланяться.

Л. Н. : Пожалуйста, кланяйся ему от меня.

Л. Н. считает, что Вальтер Скотт очень скучен.

С 8.30 до 10.30 винт: Л. Н., Маслова, Софья Андреевна и Татьяна Львовна.

Л. Н. ( про Апухтина ): Не мог побороть в себе чувство отвращения к нему. Он был принят при дворе.

Андрей Львович хвалил его стихи.

Л. Н. : Стихи его плохи. Как же после Тютчева...

Я сказал, что два дня, по газетам, нет казней.

Л. Н. : Слава богу!

Николай Леонидович рассказал, что где-то читал, что на Берлинском конгрессе играл важную роль Blowiz, корреспондент «Times», как враг России.

Софья Андреевна уже начинает своей легкой походкой летать.

— Когда я была больна, Лев Николаевич скучал по моей походке, — сказала она.

• ¹ В письме от 25 окт. н. с. В. Р. Генри привел это мнение какого-то «знаменитого американского профессора», сообщив, что возражает ему в своей книге.