Д. П. Маковицкий. Яснополянские записки

Вчера и сегодня Михаил Сергеевич и Николай Леонидович были на губернском дворянском собрании в Туле. Сегодня под вечер вернулись. Исключили из дворян Муромцева: 116-ю голосами против 4-х1. Николай Леонидович предполагал, когда ехал, что это будет последнее собрание: русское дворянство — пропавшее дворянство. Удивлялся, как дворяне и чиновники бросают деньги. В наше время деньги ни во что не считаются. И крестьяне разоряются — те, которые купили землю и не могут, и не думают платить за нее. Он пессимистически смотрит: в России что за климат, что за дороги — жить нельзя! На собрании Бобринский говорил: «Никакого аграрного вопроса нет и не было, а есть только агитационный».

В 7 приехал Иосиф Константинович. Л. Н. с ним много разговаривал От 7 до 8.30 и от 9 до 11 и удивился, что уже 12-й час.

— Соловей, — сказал он про Иосифа Константиновича (т. е. что рассказывает так — точно соловей поет). Л. Н. лежал на кушетке. Знобило его, но термометр жару не показывал.

Л. Н.: Слабость, старость. — Когда Софья Андреевна ему выговаривала, что много ходил и оттого устал, Л. Н. сказал: — Утром гораздо хуже было, сидеть не мог.

О Наталье Михайловне Л. Н. сказал:

— Наташа хорошая девушка. Девушки хорошие, только бы они не влюблялись. Они ищут влюбления: «Мне 16 лет, а я еще не влюблена». Когда, наоборот, нужно бы его избегать. Влюбление само приходит, и, если охватит, ну и охватит, и если с этим ничего не поделаешь, так тому и быть. Но не надо его искать. И напротив, быть готовым бороться с этим, а не поддаваться. Если избегать, то можно уберечься до поры до времени.

Мария Львовна: У них это часто делается, что они друг от дружки заражаются, «confidences»**«признаниями» (франц.). разжигаются.

Иосиф Константинович говорил, что этому способствуют романсы. Но Л. Н. не согласился. Иосиф Константинович сравнил с курением у мальчиков, как они спешат курить, показаться взрослыми. Влюбление — попустительство.

По поводу Диккенса Иосиф Константинович сказал:

— В старину разнообразнее были люди.

267268

Л. Н.: Одинаково. Живее были. Вот Голдсмит: на каждом шагу остроумие, верное наблюдение. У них (старых писателей) завязка, plot*фабула (англ.). , слишком наивна была. И у Диккенса оставалась такой, но загромождена красотами (?) так, что ее незаметно. А завязка — это очень хорошо. Кто писал романы, тот знает, что легко увлечься описыванием чего-нибудь и зайти далеко. А это (plot) — такая нить, которая руководит в выборе материала, рамка, из которой надо не выступать, хотя и то и это кажется хорошо, интересно, и хочется включить в сцену, а так можно зайти далеко.

Говорили о революции. Иосиф Константинович в ее успех не верит. Среди самих революционеров идет раскол. Одни требуют изменения программы: высказаться против террора и экспроприации; другие, наоборот, за них как за единственное средство борьбы. Племянник Марии Александровны — экспроприатор; отчаянный, что делать — ему все равно.

Л. Н.: Боевая организация, это — мои знакомые. Все такие же люди, сношения с ними такие же, просто ошалелые. Вчерашний выпивший говорил: «Нечем жить, занятия не отыщешь, только одно остается: заниматься экспроприацией». Как будто он себе вперед оправдания ищет. Экспроприация — это такое же удовольствие, ухарство, одобряемое людьми, которых он уважает. Я помню, в молодости бывало у нас такое молодечество — совершить какой-нибудь молодеческий поступок.

Л. Н.: Был вчера Иван Иванович. Я его вообще люблю, а вчера он мне был особенно приятен. Говорил об их школе. Конечно, тут можно находить всякие недостатки в таком деле. Но, находясь в этих ненормальных, нездоровых городских условиях, все-таки хорошо что-нибудь делать, а иначе что же выходит? Есть идеал и все по-прежнему не двигаешься и сидишь в этой грязи.

• ¹С. А. Муромцев был исключен из состава Тульского двор. собр. за подписание «Выборгского воззвания».