Вторник
25 сентября, 1906 года
25 сентября 1906
ГусевТ. узнает о возможности присуждения ему премии Нобеля и просит А. А. Ернефельта, если у того есть какие-либо связи в Швеции, «постараться сделать так», чтобы ему «не присуждали этой премии» и не ставили его в «очень неприятное положение — отказываться от нее».
25 сентября 1906
ГусевТ. у Сухотиных слушает граммофон. «Льву Николаевичу понравилась Варя Панина, балалайка Трояновского (сказал: «хорошо»), «Ма ланья», полонез Соколова («это очень хорошо»)» (ЯЗ).
25 сентября 1906
ГусевТ. пишет И. Ф. Наживину: «Я давно уже думал, что эта форма [романа] отжила, не вообще отжила, а отжила как нечто важное. Если мне есть что сказать, то не стану я описывать гостиную, закат солнца и тому подобное. Как забава не вредная для себя и для других — да. Я люблю эту забаву. Но прежде на это смотрел как на что-то важное. Это кончилось».
25 сентября 1906
МаковицкийГуляли с Александрой Львовной, Натальей Михайловной, Дориком, Беркенгеймом к провалам. Пели песни. Л. Н. ходил пешком. Беркенгейм взял палку Л. Н.; когда Л. Н. возвратился, извинился перед ним. Л. Н.: Мне было сначала досадно, а потом поборол это чувство досады — было радостно. За обедом Л. Н. рассказал: — Как я нынче беседовал с мужиками, с целой артелью! Я им читал бондаревское. Каждое слово понимают. Все охотно слушали, только один пьяный — это всегда так — обругал меня. Между ними были заха…
25 сентября 1906
Письмо ТолстогоБольшая к вам просьба, милый Арвид. Прежде всего то, чтобы никто не знал того, что я пишу вам. — Просьба вот в чем: Бирюков сказал мне, что, по словам Кони, может случиться, что премию Нобеля присудят мне. Если бы это случилось, мне было бы очень неприятно отказываться, и поэтому я очень прошу вас, если у вас есть — как я думаю — какие-либо связи в Швеции, постараться сделать так, чтобы мне не присуждали этой премии. Может быть, вы знаете кого-либо из членов, может быть, можете написать председ…
25 сентября 1906
Письмо ТолстогоСпасибо вам, милый Иван Федорович, за письмо и за трогательные сведения о Куртыше. Не могу жалеть его. Могу только радоваться и бояться. Я послал выписку из вашего письма солдатам, которые обращались ко мне с вопросом, как им быть, когда их пошлют усмирять. То, что вы недовольны своей жизнью, — только хорошо. Когда истинно хочешь итти по прямой и видишь свое уклонение от нее, то неизбежно выйдешь опять на нее. Роман, вероятно, много мешал, и я рад, что вы его кончили. Я давно уже думал, что эта…